Интервью наталья бардо – Наталья Бардо — Биография (Natalia Bardo) Биография 12 ФАКТОВ О НАТАЛЬЕ БАРДО. Разное от Наталья Бардо

«Красота – это приехать в 7 утра на пляж и смотреть на океан»

Актриса Наталья Бардо – пример того, как быть в нескольких местах одновременно, успевать работать и отдыхать, воспитывать сына, при этом оставаться добрым и позитивным человеком и, конечно, хорошо выглядеть. Накануне нашего интервью у Натальи была съемка постера для нового сериала, а вечером – два мероприятия, причем в одно и то же время. К нам она пришла утром с идеальным макияжем в сиреневых тонах (который она сделала сама) – свежая и отдохнувшая. А еще успела разобрать ночью косметику, чтобы рассказать о любимых средствах. Об этом и не только – в интервью BeautyHack!

 Расскажи, чем ты сейчас занимаешься?

Сезон начался с того, что мы подтвердили несколько проектов. Первый – «Улетный экипаж» на СТС, с Лешей Чадовым мы играем заглавные роли. Это история про женщину-пилота, с которой мужчины отказываются летать, но при этом она очень способная, хочет продолжить дело своего отца – талантливого пилота.

Второй проект тоже на СТС, называется «Блогерши». С очень классным актерским составом: со мной играют Ира Горбачева, Маша Шалаева, Регина Тодоренко и Агата Муцениеце.

В октябре начнем снимать второй сезон «Любимцев», где я играю жену главного героя Миши Башкатова. Плюс ко всему сейчас Марюс Вайсберг (Прим. ред. – режиссер, супруг Натальи Бардо) монтирует фильм «Ночная смена», где главные герои – Володя Яглыч, Паша Деревянко, Эмин Агаларов, Ксения Теплова, Анна Михайловская и я. Это очень смешная комедия, в ней я играю стриптизершу. Марюс умеет снимать такие комедии, которые становятся немножко классикой – «Любовь в большом городе», «8 новых свиданий». Эта комедия выйдет в декабре.

– К вопросу о том, как все успевать. Как ты планируешь свое время?

Сейчас настал момент, когда я поняла, что сама не справляюсь, мне нужна помощь. Если раньше я жила с календарем в руке и вообще не спала, то сейчас все планирует моя помощница Элина. Потому, что помимо съемок в кино, хочется успевать и многое другое: больше общаться с ребенком, посещать мероприятия, делать фотосессии, интервью, встречаться с друзьями, при этом выглядеть хорошо. У меня еще два ремонта квартир, дизайн которых я разрабатываю сама. Мне это так нравится!

Поэтому, когда меня спрашивают, как все успеть, я говорю, что нужна хорошая команда: помощник, водитель, прораб, даже понимающие друзья, которые иногда могут подстроиться под твой график. Эта поддержка очень важна.

– Как и когда же ты отдыхаешь?

Только в трех случаях: если уезжаю из Москвы, если у меня массаж и если я лежу в ванной. По-другому расслабиться не могу.

В ванну люблю засыпать японские разноцветные соли. То у меня голубая вода, то зеленая – сыплю все подряд. Зажигаю свечи и остаюсь одна со своими мыслями. Потому что вокруг столько людей, столько информации, мозг все время в тонусе.

Для полноценного отдыха нужно, конечно, две недели на море – чтобы отдых надоел и захотелось вернуться обратно. Но если есть хотя бы пара свободных дней, стараюсь уезжать.

– Ты в детстве занималась спортом, балетом, училась на экономиста. Как ты решилась уйти вообще в другую сферу? Что тебя на это сподвигло?

Да, папа у меня был спортсменом, чемпионом Европы по легкой атлетике, поэтому он даже не представлял, что моя жизнь будет связана не со спортом. Мама меня всегда жалела и забирала – сначала из балета, потом из гимнастики. В итоге со спортом не сложилось, хотя эти навыки сейчас мне помогают.

Когда я училась в школе, мы с мамой решили, что нужно стать экономистом. Но в 14 лет я оказалась на съемочной площадке с маминой подругой, и эта обстановка меня заворожила. Причем на тот момент я не думала о том, что хочу быть именно актрисой. Я даже думала стать гримером, потому что всегда каким-то образом была влюблена в косметику. Но когда меня ребенком стали снимать в небольших эпизодах, я поняла, что хочу быть в кадре.

В Щукинское училище пошла сама. Параллельно училась в Банковском институте при Академии им. Плеханова – обещала маме, что получу диплом. Диплом получила, но практически все свое время отдавала именно Щукинскому училищу. Помню, мы там даже иногда ночевали. Я не хотела бы вернуться в школу, но вернуться в Щукинское училище мне всегда хочется. Помню даже запах этого вуза – костюмерный цех, старые лестницы, пыльные кулисы… Училась с мечтой и надеждой на то, что буду играть именно в театре.

– Почему тогда кино?

Я должна была играть дипломный спектакль, но в тот момент попала на пробы сериала, и меня взяли. Это был мой первый сериал – «Вероника», его показывали на канале «Россия». Съемки проходили в Таиланде, на Шри-Ланке, в Польше, Белоруссии. И это оказалось сложнее, чем я думала. Кино – это и прыгать в ледяную воду, и бродить по лесу, то есть быть готовым ко всему. На Шри-Ланке меня покусали насекомые, мне даже делали операцию. Было столько всего, в тот момент я поменяла свое отношение к профессии. И стала сниматься в сериалах и кино.

– Ты жила в Лос-Анджелесе. Расскажи о своей жизни там. Чем она отличается от московской?

В Лос-Анджелесе я была беременной. Связано ли это именно с беременностью, или город действительно особенный, но там я везде ощущала заботу, при том ненавязчивую. Ты можешь в пижаме зайти в крутой ресторан, а тебя будут рады там видеть. Когда ты приходишь в магазин, ты чувствуешь себя свободным человеком: продавцы тебя навязчиво не окружают, ты покупаешь то, что ты хочешь.

Почему-то самые яркие впечатления в Лос-Анджелесе у меня связаны с дорогой. Я часто вспоминаю этот момент. Когда была беременной, каждое утро вставала в 7 утра и ехала на занятия по английскому. Садилась в машину, иногда брала у мужа кабриолет, и ехала по пустой дороге. Дорога занимала ровно 37 минут. Утро, комфортная температура, пальмы, сквозь них светит солнце, очень яркая зеленая трава. В Лос-Анджелесе даже зелень особенного цвета.

Я родилась в небогатой семье и очень часто восхищалась тем, чего у меня не было. Не завидовала, а именно радовалась – мне искренне хотелось так же. После Лос-Анджелеса я поняла, что у меня есть все и мне хочется этим делиться. И то, что мне не надо быть такой, как все. У нас почему-то есть привычка менять отношение к человеку, если он не так что-то скажет, не в той одежде придет. В Лос-Анджелесе этого нет, любая особенность воспринимается как твоя фишка – это ты, это твое и круто, что ты не пытаешься быть кем-то другим.

После Лос-Анджелеса я приехала в Москву и поняла, что вокруг меня будет только то, что мне действительно нужно. И лучше расставаться с теми людьми, которые выбирают людей в масках. Да и люди в масках со временем устают, начинают искать жизнь в чем-то настоящем. Умение расслабиться и быть собой позволяет тебе быть счастливым. Если ты думаешь, что у тебя нет права на ошибку, что лучше промолчать, чем сказать свое мнение – это говорит о том, что ты внутренне несвободен, отсюда все зажимы. Вот и я раньше была в этом зажиме.

Прививается и другой вкус. Если у нас красота ассоциируется с дизайном, вещами, салонами красоты, то там красота – это когда ты в 7 утра приезжаешь на пляж, например, в Малибу, сидишь и смотришь на океан, на то, как летают чайки. Пусть даже мусор вокруг тебя лежит, но ты кайфуешь, ты дышишь этим чистым воздухом, ты видишь этих людей, которые не разглядывают, в чем ты одета, а улыбаются и говорят тебе «доброе утро, хорошего дня».

Сейчас я продолжаю жить на две страны. Пока не могу уехать, потому что много работы, но как только появится время, я обязательно поеду.

– Как изменилась твоя жизнь с рождением Эрика?

У меня еще больше загорелись глаза. Всего захотелось еще больше. Я связываю это с материнским инстинктом. Если раньше я приходила на пробы и думала «так, сейчас мне надо хорошо сыграть, хорошо себя показать», то теперь я стала приходить на пробы, чтобы буквально отобрать эту роль. Если надо плакать – я плачу по-настоящему, если смеюсь – то вовсю, если танцую – то от всей души. Стала выкладываться еще больше, и это мне очень помогает.

Я вообще стала понимать, что такое жизнь. Когда приезжаю на дачу с ребенком, играю с ним – понимаю, что вот оно, самое важное. Все время хочется продлить это ощущение, но приходится себя отрывать и включаться в рабочий ритм.

– Как ты после беременности приходила в форму?

Первые кадры «Ночной смены» мы снимали уже через 2 месяца после родов. Я поправилась на 23 килограмма, а прийти в форму нужно было очень быстро. Через 2 недели после родов я начала заниматься пилатесом и полностью перешла на здоровое питание.

Но из-за того, что я устроила организму такой стресс, я, к сожалению, не смогла кормить ребенка и была все время в состоянии драйва, не могла спать. Я засыпала в 3, просыпалась в 6, период был неспокойный. Но к спорту я вернулась практически сразу, в этом помогла и моя работа. Для новых проектов нужно было быть физической подготовленной, я стала заниматься боксом и танцами на пилоне. Это огромная нагрузка, но зато подтягивает все тело.

– У тебя есть бьюти-ритуалы?

Я не хожу в салоны, все делаю сама. Например, раньше делала кубики из льда, сейчас такие кубики появились у Anne Semonin. Если мне не нравится утром, как я выгляжу, то беру эти ледяные кубики и протираю ими лицо.

Вообще я считаю, что нужно учиться все делать самой – я могу делать и макияж, и прически. По макияжу я даже взяла несколько уроков у визажиста Наташи Маловой. Если бы когда-то этого не сделала, сейчас точно бы ничего не успевала.

У меня в ванной всегда все разложено по полочкам: по несколько фенов, плоек, резинки, шпильки, невидимки… Отдельная полка для тона, отдельная – для румян. И что самое интересное, я всем этим пользуюсь!

– А есть любимые средства?

Я очень люблю гель для умывания Anne Semonin, тональный крем Bobbi Brown, хайлайтер Becca, тени M.A.C, тушь Lancôme.

Вчера вечером, видимо в предвкушении нашей встречи, я не могла угомониться и начала разбирать косметику. Разобрала все помады, красиво разложила их по коробочкам. Косметики очень много: я постоянно покупаю новинки, пробую разные кисти. У меня столько кистей! Мне надо разобраться!

– Если бы ты была ароматом, то каким?

Memo Granada. Все говорят, что он очень терпкий, насыщенный, но я его на себе не чувствую.

Интервью и текст: Ольга Кулыгина
Фото: Евгений Сорбо
Благодарим ресторан China Club за помощь в организации интервью.

beautyhack.ru

Наталья Бардо: «Я контролирую все, кроме мужа» - Звезды

Наталья Бардо. Стиль: Надина СМИРНОВА Макияж и прически: Татьяна ПРЕОБРАЖЕНСКАЯ (L'Ore´al Paris)

Фото: Анастасия БУЗОВА

Инна Локтева

17 октября 2018 13:25

Актриса считает, что ролевые игры в семье должны сохраняться. Подробности — в интервью

Русская Кейт Мосс — так многие называют молодую актрису Наталью Бардо. Действительно, то ли обстоятельства личной жизни повлияли на Наталью, то ли пребывание в Мекке всех звезд Голливуде, но появились в ней некие утонченность и шик. Три года назад девушка познакомилась с режиссером Марюсом Вайсбергом, роман был стремительным и ярким — и вот они уже семья, воспитывают сына Эрика. Но вопреки расхожему мнению, что стать женой режиссера — для актрисы все равно что вытянуть счастливый билет, на практике оказывается, что это не так. О том, почему Наталья отказалась от голливудских проектов, как стала жертвой врачебной ошибки и почему решила пересмотреть жизненные приоритеты — в интервью журнала «Атмосфера».

— Наталья, выглядите отдохнувшей, посвежевшей. Расскажите, как вы провели лето.

— Оно было прекрасным, но непростым, потому что в мае мы начали снимать второй сезон «Улетного экипажа» для телеканала СТС. Уехали в Питер, и почти все лето я провела там на съемках. Удивительно, но в этом году погода была совсем нехарактерная для этого города. Только в первый съемочный день было прохладно, и я даже попросила теплую куртку. Мне сказали, что еще с первого сезона остался пуховичок, предложили привезти его на съемочную площадку. Но уже на следующий день температура поднялась до тридцати градусов, и все лето стояла жара, пуховик не понадобился. Смены были непростыми: в павильоне душно, а мы-то в форме: китель, фуражка — все как положено. В какие-то моменты мы с моим партнером Алексеем Чадовым даже забывали текст, потому что мозг плавился от жары. В то же время это было великолепно: мы жили в Репино, на Финском заливе, и в свободное время загорали там на пляже на песочке. Ну и конечно, второй сезон мне показался насыщеннее, интереснее. У моего персонажа Полины Овечкиной появилась любовная линия. Мне до сих пор жаль, что все закончилось — у нас очень крутая команда собралась. Надеюсь, зрителям понравится сериал, и они захотят продолжения истории.

— Три месяца — это долго, когда есть маленький ребенок. Как вы переносили разлуку с семьей?

— Конечно, это тяжело. Постоянно на телефоне: как там дома дела, все ли хорошо? Вообще, с одной стороны, актерская профессия — удивительная и замечательная, потому что ты можешь примерить на себя различные образы, какое-то время пожить другой жизнью. Но есть и оборотная сторона, потому что довольно часто приходится уезжать в киноэскспедиции, находиться вдали от дома. На днях я буду давать мастер-класс и хочу спросить людей, которые придут туда: а почему вы хотите стать актерами? Большинство думает, что наша жизнь — сплошная сказка: актеры прекрасно выглядят, их одевают модные дизайнеры, они получают приличные гонорары. Но на самом деле есть и другое: смены по двенадцать часов, сложные бытовые условия и нестабильные заработки, и главное — разлука с семьей. Даже если я нахожусь в Москве, ухожу рано утром, когда сын еще только просыпается, а прихожу поздно вечером, когда он уже спит. Вот и получается, что сначала ты так стремишься к успеху, мечтаешь состояться в профессии, обо всем забываешь, а потом понимаешь, что самые счастливые воспоминания связаны именно с семьей, близкими, родными, ребенком. Я думала о том, чтобы взять Эрика с собой на съемки, но малыш — это же не пакет с едой. Это человек, которому требуются внимание и забота и которому нужно организовать для комфортной жизни соответствующие условия.

— Вы как-то стараетесь корректировать рабочий график?

— Сейчас я стала выбирать, от многих проектов отказываюсь. Из своих тридцати лет пятнадцать я просто работаю нон-стоп, не думаю о том, сколько часов я сплю, что я ем, как давно не была в отпуске. Но начинаю понимать, что не стоит так убиваться на работе. Надо находить время и для мужа, и для ребенка, и для мамы. С друзьями хотя бы изредка встречаться.

— Тем более — если говорить о заработке — статус замужней женщины позволяет на мужчину опереться.

— Я сама привыкла работать, и мне даже как-то непривычно и странно опираться на мужчину. Наверное, это моя проблема большая. У нас в семье так заведено, что каждый сам за себя. Но я знаю, если что-то случится, Марюс, безусловно, меня поддержит.

— Ведь даже есть понятие декретного отпуска, когда женщина три года может сидеть с малышом.

— Когда я родила, Марюс сказал: «Наташа, прекращай много есть: через три месяца ты играешь стриптизершу в фильме „Ночная смена“. Не забывай об этом и иди в спортзал». (Смеется.) На том мой декретный отпуск и закончился. Действительно, за время беременности я набрала двадцать три килограмма. И потому худела очень усиленно: иногда у меня было по три-четыре тренировки в день. Прийти в форму оказалось непросто. Да и вообще весь этот период прошел в какой-то суете. Я даже не заметила, что была беременна. До пятого месяца я снималась, потом уехала в Америку, там родила и через три месяца уже снова приехала на съемки. Думаю, надо еще рожать, чтобы как следует насладиться своим положением. (Смеется.)

— Я читала, что еще и проблема со здоровьем возникла у вас.

— Да, это был ужас просто. Я в детстве занималась балетом и травмировала колено. И когда снова начались тренировки с балетмейстером, травма напомнила о себе. Однажды я даже не смогла пойти на репетицию из-за сильной боли. И вот я записалась на прием к одному очень известному врачу в Москве, которого мне усиленно рекомендовали. Из его уст я услышала абсолютно страшный диагноз: некроз кости. Он сказал: «Операция не поможет. Радуйся, что это не рак». Три месяца я просто умирала морально, ела кальций тоннами, либо ходила с палочкой, либо передвигалась на инвалидной коляске — Марюс меня возил. В какой-то момент муж сказал: «Что за бред, тебе же всего двадцать восемь лет! Надо проконсультироваться с кем-то еще». И мы полетели в Лос-Анджелес.

— А здесь вы больше не ходили на консультацию?

— Ходили, но никто не решился опровергнуть диагноз «медицинского светила». Когда мы прилетели в Америку, профессор просто взял мою палочку и выкинул. Сказал смешную фразу, что из его кабинета я уйду на своих двоих. Оказалось, все дело в том, что я очень худая и мои суставы не выдерживают такой серьезной физической нагрузки. Вот такие врачебные ошибки, а эти три месяца были просто вырваны из моей жизни. Каждый вечер я плакала, думала, как дальше жить. Даже собиралась сказать Марюсу, что не хочу быть обузой для него.

— Ужасные испытания. Это все роль стриптизерши — не надо было так активно худеть.

— Наверное. А самое обидное, что мой шикарный танец на пилоне, к которому я, собственно, и готовилась, Марюс в итоге поменял. Решил, что будет гораздо лучше, если мы с Яглычем станцуем чувственный фламенко. Притом что у меня было уже двенадцать тренировок на этом пилоне.

— Какой сложный характер у режиссера.

— Он профессионал в своем деле, и это правильно. Но если так посмотреть со стороны, моя жизнь — сплошное приключение. То одно, то другое. И очень редко я могу просто сесть на диван с книжкой и отключиться от всех проблем. У меня бесконечно звонит телефон — я уже поставила на звонок самую тихую мелодию, чтобы не вздрагивать каждый раз. Я по натуре человек неленивый, активный. Сейчас еще параллельно занимаюсь своим бизнесом, о котором пока никому не рассказываю. Но, видимо, есть какой-то предел. Я все время в работе, и, по сути, у меня никогда не было настоящего отдыха. Даже когда мы с семьей ездили куда-то за границу, я всегда выступала в качестве организатора, решателя всех проблем и не могла расслабиться. И вот с некоторого времени я начала мечтать о том, чтобы одной отправиться в путешествие. Мечтала, визуализировала картинку, как я одна хожу по пляжу, купаюсь в море, — и пятнадцать дней назад это случилось! Я улетела на Мальдивы. Мама меня спрашивала: что ты будешь там делать одна? Я сказала: отстаньте от меня! Я просто хочу отдохнуть, поваляться на песочке, дочитать наконец-то три свои любимые книги: «Голливуд», «Время свинга», «Любовник леди Чаттерлей». Я их вожу с собой на съемки, чтобы почитать в перерыве, но все время кто-то или что-то отрывает. А когда ты за несколько тысяч километров от Москвы, ты уже не можешь ничьи проблемы решать, становишься бесполезен для общества и при этом предоставлен сам себе. (Улыбается.) В отеле люди смотрели на меня как на сумасшедшую: я одна приходила на завтрак и на ужин, в одиночестве загорала и читала книги, сама себя фотографировала. (Смеется.)

— Понравилось быть одной, да?

— Да… я просто не хотела уезжать. Летела в самолете, слушала музыку — и вдруг в какой-то момент осознала и испугалась мысли, что мне так хорошо одной. Это же катастрофа.

— Каждому из нас порой необходимо побыть наедине с собой.

— На самом деле я получила огромное наслаждение. Делала маски для волос, мазалась всеми своими кремами, которые мне надарили на съемках и которые долго стояли без дела, читала и просто лежала на пляже, плавала, ела все, что захочется. Так зарядилась эмоционально, приехала совсем другим человеком. Коллеги удивлялись: «Наташа, что с тобой случилось, ты хохочешь!» В последнее время я находилась в каком-то жутком состоянии хронической усталости, очень плохо спала, даже пила антидепрессанты. Конечно, во многом это было связано и с послеродовой депрессией, и с напряженным рабочим графиком, и со здоровьем. Сейчас пришло осмысление, что пора бы уже и сбавить темп. Надо жить для себя иногда, просто чтобы оставаться женщиной. Помню, был интересный момент на «Кинотавре» — я бежала куда-то по коридору в пышном красивом платье и буквально столкнулась с нашим кастинг-директором, которая остановила меня и сказала: «Наташа, посмотри на себя. Куда ты несешься? В таких платьях люди передвигаются по-другому». Я эти слова запомнила.

— В общем, надо еще учиться жить моментом.

— Да, точно. Только на седьмой день пребывания на Мальдивах я подняла голову, посмотрела на небо и увидела, какие там звезды! Я и забыла, когда в последний раз это делала. Нельзя всю жизнь проводить в спешке, надо уметь делать паузу.

— Мы встречались года три назад, когда вы только начали общаться с Марюсом. Глобально что этот человек принес в вашу жизнь?

— Ребенка. (Улыбается.) Еще он хочет совместного творчества, хочет, чтобы я снималась в его проектах. Значит, верит в меня и я нравлюсь ему как актриса. Все знают, что Марюс не возьмет человека, который испортит ему картину. Для него профессия в какие-то моменты становится дороже семейных связей. Он не будет приглашать меня на роль, если сомневается в том, что я справлюсь. У него впереди много новых проектов, в которых я не занята. И я этому безумно рада: может, тогда люди перестанут говорить, что муж продвигает мою карьеру… Вы вспомнили о нашем интервью три года назад. Я тоже хочу задать вопрос: как вам кажется, я другая стала?

— Вы сейчас взрослее и ответственнее, тогда было ощущение, что просто девочка летящая, влюбленная…

— Да, немножко мне не хватает той легкости. Появился ребенок, и вроде бы внешне ничего не изменилось, я в той же комплекции и даже лучше выгляжу, но больше думаю о последствиях своих действий. Постоянно оборачиваюсь: что я говорю, делаю, куда иду и надо ли мне туда. Если раньше я мечтала прыгнуть с парашютом, то теперь никогда этого не сделаю. А вдруг я упаду, разобьюсь — что тогда будет с моим ребенком? Он ведь очень привязан ко мне. Мы с Марюсом не говорим о нем подробно в интервью, не показываем фото. Хотя наш малыш просто ангел, очень хорошенький. Но людям, оттого что они увидят его снимки, ни жарко ни холодно. А для меня это поступок: делиться своим сокровенным. Эта появившаяся ответственность мешает беззаботно наслаждаться жизнью, лишь понемногу я начинаю обретать ту легкость, привыкать к своему нынешнему положению, что я жена и мама. Планировать день так, чтобы все были довольны, и иногда позволять себе моменты радости.

— Наташа, а были проблемы, связанные именно с ребенком?

— Он еще очень маленький. Слава богу, здоров, это главное. Уже понимает, что мама с папой работают, и радуется, когда видит нас. Я подстраиваюсь под его режим, стараюсь, когда появляется возможность, заехать днем домой. У нас есть няня, и помогает моя мама. Так что у меня все под контролем, я очень организованный человек, недаром в семье меня называют топ-менеджером. (Смеется.)

— Неужели все всегда по плану идет?

— Да, удивительно, но это так. Меня тоже иногда бесит это планирование. Но я уже сейчас знаю, в какой детский сад будет ходить и где будет учиться наш сын.

— А у вас не было соблазна остаться в Голливуде? Все-таки «фабрика грез».

— Нет. Причем если обычно актеры отвечают на это вопрос так: «Зачем я там, таких много», — то я говорю просто: нет, не хочу. У меня была возможность сниматься в Голливуде, мне предложили два проекта. Один требовал серьезной спортивной подготовки, и я начала тренироваться. Марюс еще смеялся, что из инвалида я сразу превратилась в ниндзя. (Смеется.) Мой английский неидеален, но там было немного текста. Я даже трем подружкам похвасталась: «Представляете, меня пригласили в голливудскую картину». В общем, стала читать сценарий, готовиться, а потом вернулась в Москву и поняла, что не хочу никуда уезжать. Я люблю свой язык, город, в котором родилась, у меня здесь мама, друзья, и работы хоть отбавляй. Хотя многие, наверное, считают меня сумасшедшей. Потому что у меня действительно есть возможность там жить и работать: есть дом, необходимые документы на жительство, даже моих знаний языка хватит, чтобы играть какие-то роли, но не хочу, неинтересно.

— Совсем не понравилось там?

— Понравилось, очень. Я обожаю Лос-Анджелес. Не так давно давала интервью одному изданию на тему путешествий и любимых мест — и одно из них, безусловно, Лос-Анджелес. Тот год, который я там провела, был волшебным. И я совсем не против, чтобы бывать там наездами. Многие наши знакомые живут на две страны: лето проводят в Москве, зиму в Лос-Анджелесе. Но уехать туда насовсем не хочу. Хотя еще три года назад я и подумать не могла, чтобы отказаться от приключения. (Улыбается.)

— Марюс, объясняя, почему снимает комедии, сказал, что у него менталитет такой, он видит мир в радужном свете. Вы тоже оптимист?

— Да, оптимист… хотя и реалист. (Смеется.) На самом деле меня мама этому научила. Спрашиваю ее: «Мама, как жить дальше? Продукты дорожают, доллар растет, санкции. Ты бы уехала?» Она смеется: «Нет. Будет нечего есть — стану картошку выращивать». Приспосабливание к ситуации помогает расслабиться. Я такой человек: притом что езжу на Porshe, спокойно сяду в «Ладу», могу жить и в пятизвездочном отеле, и в вагончике без всяких удобств на съемках. Мы раньше жили небогато, и я привычна ко всему.

— Хотя обычно бывает наоборот: люди, у которых было тяжелое детство, достигнув определенного материального уровня, боятся его потерять.

— А я скучаю по нашей съемной квартире. (Смеется.) Для меня важны эмоции: мне нравится по-разному жить и чувствовать. Это моя жизнь, и я люблю все, что в ней происходит. Это же приключение: сегодня так, завтра по-другому. Я стараюсь от всего получать удовольствие.

— Получается у вас с Марюсом совсем нет точек соприкосновения в прошлом.

— Да, он родился в полноценной семье, мои родители развелись (при этом мы еще помогали папе-инвалиду). Марюс жил на Новом Арбате, а я в Бутово, в «однушке», где мы сами переклеивали обои. В двадцать лет он переехал в Лос-Андже-лес, стал заниматься киноиндустрией, а я мыла полы в нашей съемной квартире, поскольку мама все время работала и не успевала делать что-то по хозяйству. Конечно, у нас была разная жизнь.

— И все-таки вы говорите, что похожи.

— Да, энергетически. Мы оба веселые, всегда просыпаемся в хорошем настроении. Оба заворожены своей профессией, любим друзей, компании, нам нравится танцевать. Много вещей нас объединяет. Мы как единое целое. Признаться, даже не думала, что так бывает.

— Он тот человек, которому можно доверить абсолютно все?

— Я считаю, рассказывать мужу обо всем совершенно необязательно. Я хочу оставаться для него загадкой. А он должен быть хищником (смеется) — хоть какие-то ролевые игры должны сохраняться на ментальном уровне. Даже несмотря на то что мы не первый год вместе и воспитываем ребенка. Я Марюсу доверяю, но все хорошо в меру. Это мой девиз. Вообще у нас такие отношения, что мне не приходится о них думать. Значит, все хорошо.

— Вы говорили, что в семье вас называют топ-менеджером. Мужа тоже держите под контролем?

— Вот им мне некогда заниматься. (Смеется.) Он сам себя держит под контролем. У него много работы, он постоянно в своих мыслях, творческих планах. Иногда даже я предлагаю ему расслабиться, пойти куда-то, с друзьями встретиться. Так что я контролирую все, кроме мужа. Поэтому, наверное, он считает меня мудрой женщиной. (Смеется.)

— Вы разделяете работу и личное?

— Поначалу мы немного игрались в это: вот мы, две творческие личности, встретились, надо теперь друг друга поддерживать. «У меня такая сложная сцена, посоветуй, как лучше играть?» — «А ты что думаешь насчет этой идеи в сценарии?» Потом все прошло, нет на это ни времени, ни сил. Хотя, конечно, если нужно, мы можем всегда к друг другу обратиться. Творческие споры у нас случаются. Помню, каждый отчаянно доказывал свое мнение, каких режиссеров можно назвать гениальными. Но в итоге где-то через полгода повторно подняли эту тему и выяснилось, что каким-то образом мы пришли к единому мнению.

— Был проект Марюса, в который вам хотелось попасть, а он отказал?

— Пока такого не было. Во-первых, я адекватный человек и понимаю, что некоторые роли не для меня. Потом Марюс работает в партнерстве с другими людьми, мы снимаем пробы и отправляем их продюсерам. Он никогда не возьмет на себя такую ответственность: это моя жена — и она будет сниматься. Не любит проталкивать кого-то по блату. Да я и сама такая. Поэтому мы и уважаем друг друга.

— А бывает, что другие режиссеры отказывают вам из-за того, что вы жена Марюса?

— Вообще да. В паре мест мне на это недвусмысленно намекнули. Даже немного не по себе стало. Может, Марюс тоже это понимает и думает о том, как мне помочь.

— Вам самой комфортно в комедийном жанре?

— Для меня драма — не только слезы, это про людей, их чувства, отношение к друг другу, к миру. Когда мы снимали первый сезон «Улетного экипажа», было много приколов, шуток, действительно забавных ситуаций. Я получала от съемок удовольствие и думала, что комедии — это мое. Но во втором сезоне история стала глубже, у моей героини появились настоящие переживания. И я поняла, что мне гораздо интереснее это играть. Для меня важно все, что с людьми происходит, и драма мне ближе.

— Значит ли это, что в будущем ваши с мужем творческие пути могут разойтись?

— Конечно, могут. Я даже надеюсь на это. (Смеется.) Снимать одну и ту же женщину надоедает. Пусть у него появляются и другие музы.

www.womanhit.ru

Наталья Бардо: «Иногда просто заставляю себя полежать на диване» - Звезды

Наталья Бардо

Фото: материалы пресс-служб

Ульяна Калашникова

17 апреля 2018 11:44

Под впечатлением от роли актрисы в сериале о буднях летчиков WomanHit.ru обсудил с Натальей авиафобию, «скорую помощь» на съемочной площадке и настоящих мужчин

— Наталья, ваша героиня в «Улетном экипаже» девушка храбрая и способная на определенные поступки. На что бы вы никогда не решились из того, на что готова пилот Полина?

— Наверное, я в отличие от Полины Овечкиной никогда не села бы за штурвал самолета. Это ответственность, которая в кабине лайнера ни на кого не перекладывается, несмотря на то, что пилота два. Я, наверное, никогда не выдержала бы такой рабочий ритм, хотя у артистов тоже тяжелая работа — мы по многу часов на смене. Ну а эти перегрузки — это, конечно, особенно тяжело. Также в отличие от Полины Овечкиной у меня не хватило бы терпения перевоспитывать человека вроде героя Леши Чадова. Впрочем… У меня тоже крепкое терпение.

— То есть у хрупкой блондинки Натальи Бардо есть характер: можете и кулаком стукнуть?

— Я с виду очень хрупкая, но считаю, что сейчас нужно уметь отстаивать свою точку зрения.

— Можете даже спорить с режиссером на площадке?

— Ситуации такие бывали. Режиссер может просить сделать что-то, а ты чувствуешь — это какая-то неправда по отношению к тебе. Но чаще мы просто договариваемся.

— Наверное, хорошо, когда муж еще и режиссер проекта, в котором играешь?

— Если человек профессионал — работается прекрасно. Я в кино десять лет, Марюс — тридцать. Мы все понимаем, поэтому нет конфликтов. Он просто говорит: «Нужно сделать вот так». Я отвечаю: «Хорошо, попробую. Если будет хорошо, значит, так и сделаем». Пробую — не получается. Подхожу и говорю: «Давай найдем компромисс, мне кажется, что в этой ситуации героиня реагирует иначе. Мне это неудобно, неорганично». И он соглашается. Оказывается, что так действительно лучше. Мы чувствуем друг друга, мы очень похожи, поэтому, наверное, нам и легко работать вместе. Хотя Марюс ко мне более требователен, но в этом есть своя прелесть. Я — перфекционист и без режиссера, который ко мне требователен на площадке, чувствую себя некомфортно.

— Говорят, во время съемок сериала к вам на площадку даже «скорая» приезжала…

— Да, получилось так, что я сильно отравилась, а нужно было продолжать съемку. Приехала «скорая помощь», мне сделали укол. И после этого пришлось еще два дня работать под уколами. Мне было очень плохо, а сцены в итоге замечательные получились. Забавно и то, что самолет в кадре выглядит очень реалистично, а на самом деле это макет. Вообще мы с Лешей пять дней в неделю практически не выходили из кабины. Это было непросто. Нам туда доставляли какую-то еду, сухари, овощи, еще что-то.

— Ну вы же с Алексеем довольно давно знакомы и уже работали вместе…

— Работали, и могу сказать, что Алексей — настоящий профессионал и джентльмен. Сейчас есть такая тенденция у мужчин: не открыть дверь, не подать девушке руку… Но Леша всегда галантен, всегда внимателен. Про него легко говорить эти слова, потому что они ему подходят. В отличие от многих других он настоящий мужчина.

— А вы сами, кстати, никогда не мечтали стать стюардессой?

— Нет, не мечтала. Лет десять назад у меня была жуткая авиафобия, и я от нее долго избавлялась разговорами с профессионалами, с людьми, которые говорили, что если в салоне шумит, трещит, свистит и скрипит — это необязательно плохо. Сейчас я на борту отдыхаю. Очки, беруши, спортивный костюм. Я люблю, когда мне удобно.

— Когда вам не нужно куда-то лететь или ехать на съемки, чем предпочитаете заниматься?

— Я занимаюсь спортом, встречаюсь с друзьями. Люблю читать, смотреть кино, ходить в театр — много чем можно заниматься. В последнее время буквально заставляю себя лежать на диване. Говорю себе: «Лежи, это не стыдно!» (Улыбается.)

— От чрезмерного лежания на диване можно и поправиться. Но вам это, судя по всему, не грозит…

— Дело в том, что я сама по себе очень активная. Для меня все важно. И, наверное, вот этот огонь, который есть внутри меня, сжигает все калории. Но я ни на каких диетах не сижу. У меня все просто: много работы, полезное питание, спорт в удовольствие.

— Вы сами готовите себе это полезное питание?

— Я не умею готовить, это моя боль. Зато убираюсь хорошо, стирать люблю, полы помою с удовольствием. Меня это расслабляет. Но еду приходится заказывать.

— Вам как актрисе, наверное, приходится уделять немало времени внешности: походы в салоны красоты, к косметологу. Одни ваши волосы чего стоят!..

— Хорошо выглядеть — это большая работа. Если не делать маски каждый день, то волосы, особенно у блондинок, отваливаются. Также нужно научиться делать макияж, хорошо одеваться, потому что далеко не всегда рядом стилист. Это все определенная работа, которую мне как актрисе обязательно приходится делать.

www.womanhit.ru

«Мечтайте правильно!». Интервью с известной актрисой


Красивая и умная — идеальное сочетание для женщины. Именно так можно охарактеризовать нашу сегодняшнюю героиню. Наталья Бардо, известная актриса, Выработала свою формулу успеха, знает, где брать силы на новые свершения, как добиться желаемого и о чем можно мечтать.

Наташа, я бы хотела начать наш разговор с традиционного вопроса: где вас увидят зрители в ближайшие месяцы?

Н. Б.: В ноябре на канале СТС выходит продолжение сериала «Улетный экипаж». И многие зрители, я знаю, ждут эту картину.

Дело в том, что после просмотра первой части сериала среди зрителей была проведена фокус-группа, выявлены пожелания, и все отзывы были учтены. Я считаю, что это было сделано правильно, к зрителю нужно прислушиваться. Потому что одно дело — реализовывать режиссерско-актерский творческий потенциал, удовлетворять собственные амбиции, другое — понимать, что хочет зритель. Я очень рада, что играю в «Улетном экипаже» главную роль и тоже с нетерпением жду выхода фильма на экран.

3 января на экраны страны выходит вторая премьера сезона — вторая часть кинокомедии «Бабушка легкого поведения». Первый фильм прошел с потрясающим фидбэком, и мы надеемся, что вторая часть произведет не меньший эффект на зрителя.

В «Бабушке легкого поведения» совершенно звездный состав — Александр Ревва, Дмитрий Нагиев, Михаил Галустян — настоящие турбины юмора. Расскажите, как проходили съемки картины?

Н. Б.: На съемках было очень весело! Съемочная группа — это команда мечты. И наши юмористы все в главных ролях, и каждый из них — и Александр Ревва, и Дмитрий Нагиев, и Михаил Галустян — находятся на своем месте. Бывает, что очень хорошие артисты попадают в проекты, которые по разным причинам не имеют успеха или нет взаимосвязи между артистом и персонажем, которого он играет. В этом фильме все совпало. Дмитрий Нагиев играет богатого чиновника, у которого есть сын, а Александр Ревва, представившись бабушкой, устраивается к нему в дом няней. Это такая комедия поведений с очень смешным, остроумным текстом. Думаю, зрителям в кинотеатре будет весело.

Да, команда у вас была в хорошем смысле хулиганская. Розыгрыши, дружеские подставы со стороны звездных актеров были?

Н. Б.: Вы знаете, каких-то индивидуальных розыгрышей не было, но все эти актеры так весело играли свою роль, что уже заставляли смеяться всех. Ведь чем хороший артист отличается от плохого? Хороший трансформируется в свой образ и верит в то, что все происходящее в данную минуту — это по-настоящему. И тогда все получается очень реально.

Съемки велись строго по сценарию, или режиссер позволял актерам импровизировать?

Н. Б.: Очень много новых решений, ситуаций происходило уже на съемочной площадке. Режиссер фильма Марюс Вайсберг разрешал нам вольности. И мне кажется, что ему легче вырезать не совсем удачную сцену при монтаже, чем недодать шуток и смеха зрителю.

Вы остались довольны сыгранной ролью?

Н. Б.: Я была вполне удовлетворена своей первой работой. Вторую часть я еще не видела, но осталась довольна своими ощущениями, которые испытала на съемочной площадке, — атмосфера была потрясающая, съемки велись летом — все были позитивно настроены, энергичны и работали с удовольствием. Я очень жду выхода новой части «Бабушки легкого поведения», чтобы посмотреть уже финальный вариант.

Есть актеры, которые верят в то, что роли сами находят своих исполнителей, поэтому особенно усердствовать и волноваться по этому поводу не стоит. А как это бывает с вами?

Н. Б.: Когда я пробовалась на роль в сериале «Улетный экипаж», меня сначала утвердили на другую роль. На пробной съемке я поняла, что это не мой характер, не мои эмоции и в принципе мне это неинтересно. И я решила бороться за главную роль. К счастью, тогда режиссер искал актрису на ее исполнение. Я уговорила продюсеров посмотреть меня, приняла участие в пробах и добилась своего. Получается, что не роль нашла меня, а я сама нашла роль.

Какие роли вам интересны? Кого мечтаете сыграть?

Н. Б.: На данный момент могу точно сказать, что хочу сыграть сильную личность, историю Жанны д’Арк. Желание это возникло, потому что ролей много разных, но хочется получить неожидаемое-неожиданное, что может показать меня, как актрису, совсем с другой стороны, чтобы это непременно было интересно как мне, так и зрителю.

На что вы готовы ради роли? Если режиссер потребует побриться наголо или прибавить килограммов пять, решитесь на такой подвиг?

Н. Б.: Я думала об этом. Кроме того, в программе «Кино в деталях» Федор Сергеевич Бондарчук меня об этом спрашивал, и я ему тогда ответила: «Побриться наголо — никогда в жизни! В моих волосах — моя сексуальность, энергия и т. д.» Но сейчас ситуация изменилась, после съемочного процесса волосы испортились, и в принципе хочется подстричься. И я вдруг поняла, что, если наступит в жизни момент, когда один из моих любимых режиссеров предложит мне расстаться с волосами ради роли, я это сделаю. Толстеть ради роли совсем не хочется. Может быть, потому что пока я вижу немного наших проектов, которыми восхищаюсь и ради которых пошла бы на перемены с внешностью. Хотя у меня неплохая интуиция, и я могла бы почувствовать, тот ли это проект, ради которого это стоит сделать.

Актер — несколько мифическая профессия, часто бывает, что головокружительный успех людей искусства стоит рядом с неудачей. Вам не приходилось испытывать нечто подобное?

Н. Б.: Не знаю, как насчет мистики, но актерская профессия в моральном плане действительно одна из самых сложных. Постоянно находишься на рынке и бесконечно себя продаешь. Все это называют по-разному, но задача артиста на пробах — понравиться режиссеру. Морально это тяжело. И каждый раз, когда проходишь кастинг, возникают мысли, что ты не лучший, не способный. Я очень долго училась относиться к отказам в профессии — воспринимать удачу спокойно и ни в коем случае не брать отказ на личный счет. Важно понимать, что ты не можешь сыграть все роли в силу типажа, характера, да просто в силу сиюминутного своего настроения. Сейчас поняла, что в случае, если не утверждают на роль, надо в принципе успокоиться, расслабиться и заняться собой.

Психологи и эксперты здорового образа жизни советуют находить баланс между работой и отдыхом. Вы можете просто так сказать: «Я устала, хочу взять паузу». После взять и улететь на острова.

Н. Б.: Конечно, нет! И вот сейчас я как раз начинаю этому учиться, жить легко и свободно. Уезжаю в Индию на две недели, на Мальдивы совершенно одна и там в полном одиночестве посредством медитации и осознания себя пытаюсь находить гармонию с внешним миром. Совершенно согласна с теми, кто позволяет себе отдыхать. Потому что эти лошадиные скачки в нашей жизни приводят к синдрому профессионального выгорания. А когда глаза не горят, ничего не хочешь делать, не получаешь удовольствия от съемок, не можешь адекватно реагировать на замечания режиссера, тяжело просыпаешься по утрам (съемки часто бывают с шести утра и до полуночи).

У вас очень красивый «Инстаграм». При взгляде на эти яркие, солнечные фотографии создается впечатление, что вы все время отдыхаете, а ваша жизнь — праздник.

Н. Б.: Мой «Инстаграм» — это не про то, как я живу, а, скорее, как я хочу жить. Это только счастливые моменты отдыха, который бывает не так уж и часто.

Вы коренная москвичка, некоторое время жили в Лос-Анджелесе — где легче и проще?

Н. Б.: Жить легче в Лос-Анджелесе, потому что это можно назвать жизнью. Но работа, семья и моя жизнь — они здесь. Я люблю свой город, свою страну, людей с нашими национальными плюсами и минусами. Для меня это родное место, но здесь необходимо научиться жить, а в Лос-Анджелесе учиться жить и выживать не надо. Там другой ритм, другие правила. Моя беременность проходила в Лос-Анджелесе, и там я везде ощущала трогательную заботу и внимание. У нас все иначе. Но и в этом тоже есть своя прелесть.

Вы планировали беременность?

Н. Б.: Моя беременность была совершенно незапланированная. Хотя условия для рождения ребенка были идеальными — мне 27 лет, я замужем, по всем медицинским канонам самое время стать мамой. Но именно в это время я очень ждала приглашения в один интересный проект. И вдруг узнаю о беременности, а через месяц меня утверждают в долгожданном проекте. И тут начался актерский идиотизм — я это так называю. Как же так, ты всю жизнь ждешь, и вдруг, когда все получается, нужно отказаться от своей мечты. В итоге я отказалась от участия в проекте, да и девять месяцев меня ждать никто не стал бы. Так проект был потерян, но, к счастью, у меня есть ребенок.

Какой стала ваша жизнь после рождения сына?

Н. Б.: Жизнь особенно не изменилась, возможно, другими стали глаза, изменилось отношение к экстриму. На свете появился еще один человек, которого я очень сильно люблю и который меня заряжает своим позитивом.

Много ли времени вы проводите с сыном?

Н. Б.: Мало! Много работы, часто приходится переезжать в разные города. Сын еще малыш, и его с собой не возьмешь, а я не могу себе позволить отказаться от работы. Поэтому видимся мы с ним не так часто, как бы этого нам обоим хотелось.

Занятые женщины охотно прибегают к услугам нянь, помощниц по хозяйству — вы пользуетесь подобным сервисом?

Н. Б.: Да, у нас есть две няни и, конечно, помощница по хозяйству тоже есть. Но главный мой помощник — это, конечно, моя мама.

На ваш взгляд, есть ли лимит женских сил? Сколько необходимо вложить труда, чтобы быть успешной актрисой и при этом хватало бы сил на дом и воспитание ребенка?

Н. Б.: Совсем недавно мы говорили на эту тему с моей подругой, и она неожиданно повернула разговор с постоянной занятости на деньги. «Почему люди думают, что, чтобы много заработать денег, надо много работать, и на это тратят свои силы?». Ей кажется, что можно работать несколько часов в день, остальное время распределять между семьей и собой. Но я не знаю, как это возможно, потому что работаю сутками и других вариантов у меня пока нет.

Высокая работоспособность была привита вам с детства родителями или вы себя сами так воспитали, подстраиваясь под условия жизни?

Н. Б.: Это скорее наследственная работоспособность. Мама работала бесконечно много. И я работаю постоянно, потому что в труде вижу не только свою творческую реализацию, но и удовлетворение собственных амбиций.

А теперь давайте поговорим о красоте. Вас природа наделила хорошей фигурой, красивым лицом и обаянием, как вы поддерживаете природный дар?

Н. Б.: Я считаю, что женская красота имеет две составляющие — хороший отдых и любовь. У влюбленной женщины появляется огонь в глазах, меняется пластика.

Любовь, бесспорно, окрыляет и украшает. Но я все-таки о красоте и об уходе за собой. Скажите, что всегда есть в вашей косметичке?

Н. Б.: Гигиеническая помада, тушь, визитная карточка с номером салона красоты. Но это такой повседневный, банальный набор. А в силу моего ритма жизни у меня в сумке может не быть косметики вообще, но в машине всегда есть чемоданчик, в котором абсолютно все — от ухода за волосами до декоративной косметики. Очень часто делаю макияж сама, даже на премьеры и на красную дорожку. Визаж для меня — это такая реализация творческой энергии.

Есть ли у вас свои бьюти-ритуалы?

Н. Б.: Сон и массаж — обязательные вещи, которые должны быть в моей жизни. Люблю устроить салон для себя дома — мне нравится домашний релакс. Для ухода стараюсь применять натуральные средства. Причем весь этот процесс не занимает много времени. Мне повезло, у меня нормальный тип кожи, которая совершенно лояльно реагирует на любые косметические средства, поэтому я могу позволить сэкономить время на уходе. Вечером мне достаточно умыться с гелем и нанести крем легкой текстуры, а утром увлажнить кожу эмульсией или протереть замороженными кубиками льда с ромашкой. Также пару раз в неделю делаю питательные или увлажняющие маски для лица. Уход за волосами, маникюр и педикюр, конечно, доверяю мастеру. Я вообще за натуральность, мой любимый макияж — smoky eyes.

Наташа, скажите, пожалуйста, есть ли у вас свои бьюти-табу? Решитесь ли вы, скажем, сделать пластику носа, как Виктория Бекхэм, или пластику ягодиц, как Ким Кардашьян?

Н. Б.: Знаете, как говорится, нет предела совершенству, и девушки, которые прибегают к подобной пластике, по-видимому, недовольны своим отражением в зеркале. У меня претензий к природе нет, поэтому максимум, на что могу решиться — на салонные косметические процедуры по типу ботокса или мезотерапии. Но это не раньше, чем лет в 45.

Ну и о любви… Какие качества в мужчине вы цените больше всего?

Н. Б.: Заботу. Мы, женщины, склонны идеализировать мужчину, особенно на этапе влюбленности. Стараемся не замечать или просто закрываем глаза на то, что он не подвинул стул, не помог снять пальто, не открыл дверь и т. д. А потом это все накапливается и выливается в проблему. Для меня эти качества очень важны, это характеризует человека, говорит о его воспитании и отношении к женщине в принципе. И это вовсе не мелочи.

На Востоке говорят, преодолев сложную ситуацию, человек поднимается в своем развитии на ступень выше. Вы верите в то, что мы в трудностях растем?

Н. Б.: Верю. Немало читала на эту тему эссе великих людей и даже нахожу этому логическое объяснение. Когда в нашей жизни случается трудная ситуация, мы встаем перед выбором, как правильно поступить. А чтобы сделать этот выбор правильно, необходимо отбросить все мелочное, ненужное. И, только преодолевая себя в этот момент, делая шаг навстречу переменам, ты меняешься и становишься сильнее. Вообще, такие вещи я больше чувствую, чем могу рассуждать о них. И часто в своих решениях прислушиваюсь к собственной интуиции.

Вы выработали для себя свои собственные правила жизни?

Н. Б.: Учитывая, что работа у меня публичная и я постоянно нахожусь в окружении людей, стараюсь быть позитивно настроенной. Даже научилась ловить состояние полного равновесия и радости, сохранять его в себе, чтобы другим было со мной комфортно. Еще никогда не делаю того, что противоречит моим принципам, внутренним убеждениям.

Вы верите, что мечты сбываются?

Н. Б.: Верю, и они у меня сбываются! Мне кажется, происходит это не просто так: во-первых, для этого нужно что-то сделать, а не сидеть на диване, во-вторых, нужна аффирмация — она помогает приблизить результат. В моей жизни все происходит именно так. Но хочу сказать, что мечтать нужно осторожнее.

 

 

www.kiz.ru

Наталья Бардо: «Лучше куплю новую книгу, чем туфли»

Тонкий аромат духов, легкий макияж, безупречный парижский шик – именно так мы представляем себе француженок. И актрисе Наталье Бардо французской фамилии приходится соответствовать!

Овсянка на завтрак

– Наталья, сколько времени занимает у тебя подготовка к выходу в свет?

– Дня за три уже начинаю готовиться, а если наряд шьется на заказ, то за неделю-полторы.

 – А кто работает над твоим образом?

– У меня есть стилист – Алеся Матящук. Мы давно дружим, она хорошо знает мой характер, поэтому всегда точно попадает в образ. А больше всего мне нравится, что Алеся работает в разных стилях. Сегодня я подруга великого Гэтсби, завтра – принцесса, а через неделю – рокерша.

– Когда же можно увидеть настоящую Бардо?

– В семь утра, когда еду на съемки. Но вряд ли я буду в красивом платье и на каблуках. В моем гардеробе всегда есть удобные джинсы, майки, футболки, кожаные косухи, кроссовки и туфли на широком каблуке.

– С чего начинается твой день?

– Я очень люблю размеренные завтраки, долгие беседы за чашкой кофе, которые плавно переходят в обед. Но к, сожалению, это удается редко. Обычно я сразу включаю телефон, а там уже много писем, звонков, на которые нужно ответить. Потом бегу по делам, и так до самого вечера.

– Поэтому ты такая худенькая?

– А я-то считаю, что из-за внутреннего огня (смеется). Я очень активная, ответственная, работаю не щадя себя. Мне постоянно говорят: ты так похудела! А по мне так я всегда была такой. У меня дома нет весов, и, если честно, мне все равно, сколько я вешу.

– Хорошо так говорить, когда у тебя модельные параметры…

– Если ты худая, у тебя длинные ноги и маленькая грудь, то сразу модель? Модели тоже бывают разные. К примеру, у самой высокооплачиваемой модели в мире Жизель Бундхен окружность груди – 91 сантиметр, бедер – 89, а весит она 58 килограммов.

– Спортом занимаешься?

– Нет, но с детства занимаюсь балетом. У меня дома есть станок, периодически ко мне приходит балетмейстер. На мой взгляд, балет – самый красивый вид искусства. Это и пластика, и осанка, и грациозность движений. Многие девочки, которые ходят в спортзал на тренажеры, выглядят подтянутыми и рель­ефными, но теряют женскую мягкость в движениях.

– Наталья, а ты всегда была довольна своей внешностью?

– Нет, конечно. В детстве я была гадким утенком, мальчики не обращали на меня внимания, что, впрочем, не сказалось на моей самооценке.

Миссис СМИ

– Наталья, в каких проектах ты сейчас участвуешь?

– Во-первых, снимаюсь в дипломной работе студентов ВГИКа. Меня покорили эти ребята – они с такой отдачей относятся к профессии! Во-вторых, озвучила две картины – «Последний рубеж» и «Потеряшки», в новом телесезоне сотоится премьера сериала Андрея Селиванова «Год в Тоскане» («Россия 1»).

– Как относишься к большой конкуренции?

– Моя роль от меня никуда не уйдет. Хотя знаю, что для многих коллег это больная тема. Я рассуждаю так: все в жизни зависит от меня, и если появилась конкурентка, которая что-то делает лучше меня, – это повод не сдаваться, а совершенствоваться.

 – А что для тебя критика?

– К любым замечаниям профессионалов я стараюсь прислушиваться. Когда вышел сериал «Анжелика», в котором у меня отрицательная роль, я выслушала очень много критики от зрителей. И это хорошо, значит, она удалась. Но не хочу застревать в каком-то одном образе, нужно пробовать что-то новое, развиваться, двигаться вперед.

– На съемочной площадке, если что-то не устраивает, выказываешь свое недовольство?

– Только если это касается моей роли. Чаще всего проб­лемы возникают с костюмерами. Приходишь на съемки после примерки, а тебе предлагают надеть совершенно другой костюм. Часто эти разбирательства заканчиваются поездкой домой за своими вещами.

– Наталья, расскажи, как ты попала на Первый канал?

– Я на общих основаниях прошла пробы в программу «Мистер и миссис СМИ», а потом узнала, что моим соведущим будет Марат Башаров. Большая ответственность – работать с таким профессионалом! Для меня это абсолютно новый опыт, а новости горячие, по­этому у нас практически нет репетиций, но Марат мне очень помогает.

– Не изменила свое отношение к нему из-за истории с избиением жены?

– Он с большим трепетом относится к профессии, предельно собран и виртуозно сравляется со своей ролью. А для меня это самое важное.

– Как реагируешь на внимание коллег-мужчин?

– Когда у тебя есть жених, на комплименты других мужчин внимания не обращаешь. Разве что улыбнусь в ответ или пошучу. Безразличие любого мужчину только подзадорит.

Стилист для шопоголика

– А когда жених ведет тебя в ресторан, что там обычно заказываешь?

– Не жирное, не жареное и не острое. Чаще всего – рыбу на пару и салат. Обожаю салаты! Из супов предпочитаю куриный с лапшой и крем-суп из белых грибов.

– А сама можешь что-нибудь приготовить?

– Я пока в этом деле новичок. Но блины, омлет и гречневая каша у меня получаются на славу.

– Только? Твой мужчина останется голодным!

– При желании в Интернете можно найти рецепт любого блюда. Вот недавно запекала лосося в медово-горчичном соусе. Чтобы приготовить вкусное и оригинальное блюдо, нужно потратить не меньше двух часов, а у меня редко выпадает столько свободного времени. Кстати, моя слабость – продуктовые рынки. Особенно летом, в сезон ягод, фруктов и овощей.

– У тебя большая гардеробная?

– Отдельной комнаты для одежды у меня нет, хотя накопилось ее немало. Раньше я была настоящим шопоголиком. Покупала какие-нибудь туфли и лишь потом понимала, что ходить в них не смогу. Вообще у меня хранилось много нарядов с этикетками. Пока я не познакомилась с Алесей: она научила меня миксовать и сочетать разные стили. Недавно я вернулась из Гонконга с целым чемоданом одежды. Там все размеры рассчитаны на миниатюрных местных девушек, по­этому любая вещь сидела на мне идеально.

– Ты обычно выбираешь модные и дорогие вещи?

– Необязательно. Понятие моды вообще относительно, скорее, ориентируюсь на свой вкус и стиль. И вообще стала рациональнее относиться к выбору нарядов. Порой думаю: лучше куплю хорошую книгу, чем новые туфли, или сэкономлю, а потом на даче посажу пару деревьев. Дорогие вещи не покупаю, но вот сумки и обувь предпочитаю известных брендов. У Louis Vuitton и Chanel удивительно удобная обувь даже на высоком каблуке.

– Какая твоя любимая вещь в гардеробе?

– Свитера. Я ужасная мерзлячка, поэтому даже когда на улице не так холодно, предпочитаю надевать длинный, как платье, свитер и дополняю его кроссовками. И вообще стараюсь одеваться не только красиво, но и комфортно. С ужасом вспоминаю моду на джинсы с заниженной талией. Спустя годы понимаю, что ходить зимой с голым животом не только неразумно, но и некрасиво.

– Почему-то мне казалось, что ты выберешь платья…

– Естественно, на красную дорожку в джинсах или свитере я не выйду. Одно из моих самых любимых – вечернее платье от Dior, в котором я прошлась по красной ковровой дорожке Каннского кинофестиваля. Открыла для себя и российских дизайнеров, в моем гардеробе теперь есть сногсшибательные платья от ROSARIO, Игоря Чапурина, A LA RUSSE.

– А что после напряженной работы тебя расслабляет?

– Тишина и покой. Я прихожу домой, завариваю чай и релаксирую. Люблю встречаться с друзьями, но не переношу больших, шумных компаний. А когда хочу уединиться, еду к маме в загородный дом. Недавно стала подумывать о том, чтобы совсем переехать за город, быть поближе к ней и природе. Мама – мой лучший друг, единственный человек, который знает обо мне все. Я делюсь с ней и своими удачами, и бедами. Она может отругать за то, что много работаю и не отдыхаю или, наоборот, расслабляюсь неделю. И мне этот контроль очень нравится: я чувствую ее любовь и заботу.

Беседовала Маргарита Горлина

www.vokrug.tv

Наталья Бардо: «Меня всё время тянет на приключения» | Интервью

Мы давно хотели сделать интервью с молодой актрисой Натальей Бардо, и вот наконец представилась замечательная возможность: Наташа вместе с любимым человеком отдыхала на острове Бали и поделилась с нами своими фотографиями. Актриса влюбилась в город Убуд, расположенный в центре острова, и исследовала его оживленные улочки вдоль и поперек. «Конечно, не всегда удается взять и уехать на месяц, — рассказывает Наталья. — В основном это получается сделать либо в праздники, либо в промежутках между проектами. В этот раз мы смогли оторваться от работы на целый месяц. Современный ритм жизни заставляет нас работать на износ, и в итоге это сказывается и на здоровье, и на личной жизни, а я все-таки женщина. В какой-то момент я поняла, что нельзя тратить свое время только на работу. Да, это то, что позволяет мне реализовать себя, стать полноценной, самодостаточной, но все-таки нужно думать и о своей личной жизни».

А ваш любимый человек тоже любит путешествовать?

Да, поэтому у нас с ним всё абсолютно гармонично складывается. Даже места, где хочется побывать, у нас совпадают. Вот перед Новым годом было очень много дел, работы, суеты. 29 декабря мы вдруг поняли, что нужно срочно решать, куда ехать, иначе придется встречать Новый год и последующие праздники в Москве. А так захотелось приключений! (Улыбается.) Сначала выбор пал на Таиланд, но там мы уже были, а на Бали — нет. К тому же нам показалось, что Индонезия отличное место для того, чтобы расслабиться и получить приятные эмоции. Хотя, если честно, я совсем по-другому представляла себе эту страну. Теперь она в списке моих фаворитов. Правда, я открыла свой Бали: для меня это не любимое место серферов и не рай для фанатов пляжного отдыха. Мое внимание привлек, как ни странно, центр острова — город Убуд. Там оживленно и шумно: мопеды, такси, лавки с едой и сувенирами. Если долго идти по главной улице, можно просто сойти с ума! (Улыбается.) Но именно в этом есть какая-то особенная энергетика.

Сами на мопеде не пробовали покататься?

У нас была идея взять мопед напрокат, но, когда мы ехали на машине из Джимбаран-Бея в Убуд, стало понятно: при таком опасном движении на дорогах лучше обойтись без мопеда. И хотя я по натуре большая экстремалка, в этот раз решила всё же не рисковать. (Смеется.) Кстати, Убуд очень напомнил мне Шри-Ланку, где проходили съемки «Вероники». Там тоже вокруг дикая природа с джунглями и кучей живности. И мне такой заповедный мир безумно близок. Эти места навевают особые воспоминания, ведь тогда на проекте я встретила свою большую любовь. И страсть к путешествиям зародилась у нас именно тогда.

Представляю, какое удовольствие сниматься в джунглях!

Да. (Улыбается.) Мы там жили целых три месяца! Это был даже не отель, а какое-то низкое здание среди диковинных растений, в котором бегали крысы, ползали пауки, а с потолка падали гекконы. Однажды на съемках меня укусило какое-то неизвестное мне насекомое. В джунглях было очень жарко, мы по пятнадцать часов в сутки проводили на съемочной площадке в узких сари, и в итоге укус воспалился. Два дня я терпела, а потом мы поехали на съемки в ланкийскую тюрьму — по сюжету там меня должны были толкать и бить палками. Кто-то из массовки задел мою спину. Мне тут же стало плохо, и прямо со съемочной площадки меня увезли в госпиталь, сразу на операционный стол. Но на следующий день не без помощи обезболивающих я пошла работать. (Улыбается.) Чего только не происходило у меня на съемках: и с аквалангом в озера погружалась, и по лесам бегала, и в грязи валялась, и в одних колготках по горам в холод лазила… В этом смысле сериал «Анжелика» на СТС, где мы дефилируем на высоких каблуках в красивых декорациях, скорее исключение из правил в моей фильмографии. Как, впрочем, и негативный персонаж Ульяна, которую я играю в этом сериале.

По-моему, вы отчаянная!

Да, люблю такие эксперименты и экстрим. И даже во время съемки в Убуде фотограф говорил мне: «Пожалуйста, только не подходи к обрыву». Но мне же обязательно надо нарушить запрет, подойти к самому краю! Вот на таких «нотах» я живу.

Вы могли бы назвать роль в «Веронике» вашей первой по-настоящему серьезной работой?

Первая главная роль у меня состоялась в сериале «Золотые. Барвиха 2». Я тогда только поступила в Щукинское театральное училище, и моя актерская работа на тот момент оставляла желать лучшего. Это был мой первый опыт, и к нему я не была готова. Не скрою, сейчас за какие-то сцены мне даже стыдно. Другое дело «Вероника».

К этой роли вы уже были готовы?

Безусловно, на тот момент я как раз окончила второй курс театрального института. Я уже твердо стояла на ногах и мои замечательные педагоги вдохновляли своим примером и каким-то особенным образом вселяли уверенность. А то, что съемки проходили и в Кракове, и в Израиле, и в Таиланде, и в Шри-Ланке, бесконечно радовало.

Наташа, у вас в семье никто не имеет отношения к актерской профессии. Почему же вы решили стать актрисой?

В четырнадцать лет я первый раз попала на съемочную площадку. По счастливой случайности, подруга мамы работала тогда ассистентом по актерам и взяла меня с собой на съемки. Я провела там целый день и просто влюбилась в эту профессию. Я не могла оторвать глаз от того, что происходило вокруг меня, всё казалось волшебством. Мне даже нравилось то, как съемочный персонал перетаскивает железки, как переносят камеры, меняют объективы… В одночасье мамина подруга выросла в моих глазах до небес. Мне казалось, что у нее самая крутая работа на свете. (Смеется.) Я была уверена, что люди, связанные с кино — не только актеры, но и постановщики, операторы, осветители, — особенные. Естественно, я снова и снова просилась на съемочную площадку. Потом она показала меня режиссеру Наталье Бондарчук, которая тогда снимала «Пушкин. Последняя дуэль», и попросила посадить меня где-нибудь в массовке. Меня не только посадили в кадр, но и дали реплику. Как же я была счастлива! Естественно, после этого я уже ни о чем, кроме театрального, и думать не могла.

А почему же поначалу вы пошли учиться на экономиста?

Когда я сообщила маме, что хочу поступать в театральный, она воспротивилась. Денег у нас не было, жили мы тогда довольно скромно, поэтому мама хотела для меня лучшего будущего. Мне пришлось согласиться и пойти учиться в Московский банковский институт, поэтому первое образование у меня экономическое. Единственное, о чем я попросила маму, — разрешить мне по выходным ходить на кастинги и сниматься. Мама сказала: «В свободное от учебы время можешь делать что хочешь!» Правда, на лекциях я появлялась очень редко.

И сколько вы так протянули на экономическом?

С горем пополам — почти три года. Потом я перевелась на заочное и совсем перестала толком учиться, но кое-как все-таки институт окончила.

Мама не была против такого отношения к делу?

Она просто устала со мной бороться, бороться с моей мечтой. (Улыбается.) Я по гороскопу Овен и всегда добиваюсь своего. И к тому моменту я уже начала заниматься в Щуке, ходила туда вольным слушателем, занималась с педагогами. Была очень хорошо подготовлена, и не удивительно, что поступила в театральное училище с первого раза.

Жаль, что с вашим упорством вы не оказались в спорте, ведь ваш папа, Сергей Кривозуб, — чемпион Европы по легкой атлетике.

Вот и папа так говорит. (Смеется.) Даже когда я была маленькой, папа всегда говорил, что у меня есть все задатки для того, чтобы стать хорошей спортсменкой. Я занималась баскетболом, ходила на гимнастику и балет. Помню, как мне было больно на растяжке, я рыдала, а сейчас безумно люблю балет — у меня дома стоит станок, и несколько раз в неделю я занимаюсь с балетмейстером.

Вы как-то говорили, что с удовольствием попробовали бы себя в театре, но не хватает времени. Ничего не изменилось?

В театр я до сих пор хочу, но пока не совсем понимаю, в какой и на каких условиях. Я очень много читаю, люблю классические постановки, и мне бы хотелось, чтобы спектакль с моим участием привлекал зрителей не просто веселой историей, но и смыслом и глубокими характерами персонажей. Я мечтаю попасть в «Современник» — очень люблю Галину Волчек за ее харизму, необыкновенный дар и умение находить актеров с особой энергетикой, за то, что она каждому дает шанс. Не знаю, возможно, когда-нибудь моя мечта осуществится, по крайней мере пока всё задуманное сбывается.

www.ok-magazine.ru

«Мы дополняем друг друга, как две половинки» — tele.ru

— Поздравляю вас с премьерой фильма «Бабушки легкого поведения». В чьей голове родился фееричный сценарий про мошенника, скрывающегося в образе бабушки от бандитов в доме престарелых?


Марюс:
Идею предложил Саша Ревва, который очень любит перевоплощаться. Он мне все время говорил: «Марюс, давай сделаем что-нибудь вместе, у меня есть идея — я бабушка, попадаю в дом престарелых». Честно говоря, долгое время я не знал, как подступиться к этой истории. В какой-то момент понял, что, если сделать из него не совсем старую бабушку, а такую, вроде Барбары Стрейзанд, и взять за прототип маму самого Саши, то может получиться очень веселая, модная и свежая история. Стал работать над сценарием, и мы долгое время доводили его до кондиции. Понятно, что в самой концепции ничего нового нет, ведь артисты переодевались в женщин еще со времен «В джазе только девушки». Сложнее всего было сделать по-настоящему свежий фильм на старую тему.


— Чем запомнились съемки?


Марюс:
Для меня это был чрезвычайно тяжелый фильм с технической и постановочной точки зрения. В нем очень много трюков, пластический грим, который занимал по два с половиной часа съемочного дня, много объектов, пожилые артисты. Мало того, мы начали снимать осенью, а она моментально, практически через две недели после начала съемок превратилась в лютую зиму.


Наташа:
С дождем, градом, метелью и морозом…


Марюс:
В сцене, где Наташа выходит из подъезда с чемоданом, нам пришлось буквально разбивать, растапливать лед, убирать из-под ног снег и засыпать землю золотыми листьями.


Наташа:
Во дворе воссоздали кусочек осени, а вокруг была зима, и я в летнем пальто стою, жду Сашу Ревву. Или еще была сцена, после которой я слегла с ангиной, — где я вылезаю в люк машины, летящей в мороз на бешеной скорости. Я просила Сашу не разгоняться, но он ехал 70 км/час. У меня бутылка шампанского, которая почти замерзает, прилипает к руке, дикий холод, и я кричу: «Мы счастливы, мы богаты!» На спине два пледа намотано — непросто торчать из люка машины на такой скорости, когда тебя ветром просто прибивает к люку. Делали несколько дублей, и в итоге у меня на спине образовался большой синяк, никакие пледы не спасли.


— Вы впервые работали вместе как режиссер и актриса?


Наташа:
Да. Кстати, когда мы с Марюсом познакомились, то выяснилось, что я смотрела его фильмы, но не знала, что именно он их режиссер. Он где-то меня видел, но не понимал, что я актриса. Так получилось, что у нас сначала личные отношения завязались. И только потом, спустя время, Марюс начал пробовать меня на свои проекты.
 

Марюс:
Наташа оказалась прекрасной комедийной актрисой. Честно говоря, неожиданно, по-моему, даже для нее самой.


Наташа:
В «Бабушке легкого поведения» у меня роль небольшая, но достаточно яркая. Я играю подельницу афериста — героя Саши Реввы, пытаюсь кинуть его на деньги. И Марюс уже потом, после завершения съемок, понял, что комедия — это мое, и я это тоже поняла. А в январе выходит еще один фильм Марюса — «Ночная смена», где у меня главная роль. Играю там стриптизершу. Ради этого проекта я научилась танцевать на пилоне.


— Марюс, помню, вы не так давно говорили, что собираетесь снять триллер. Готовы изменить своему любимому жанру — комедии?


Марюс:
История совершенно уникальная. Я четыре года бегал за этим голливудским сценарием, пытался купить русскоязычные права на него. И вот наконец-то писатель отдал мне права на русскоязычный ремейк. Снимать начну весной следующего года. Главную роль будет играть Саша Петров, еще хочу пригласить Евгения Миронова. С героиней пока не определился: продюсеры говорят о Саше Бортич, я в принципе не против — актриса Бортич мне нравится.


— О чем история? Название уже есть?


Марюс:
Фильм называется «Вниз». История про двух молодых счастливых молодоженов, которых ждет медовый месяц. Ребята забегают в ЗАГС, расписываются, затем бегут за деньгами к папе — девочка из богатой семьи, счастливые, целуются, снимают друг друга на айфон — в общем, полное счастье. Забегают в лифт небоскреба, и с ними заходит третий, мужчина. Они едут в лифте вниз и на каком-то этаже застревают, втроем в этом лифте, опаздывают на самолет. Сначала все хиханьки — хаханьки, пытаются дозвониться диспетчеру, но в какой-то момент понимают, что застряли они не просто так и что мужчина этот с ними неспроста… Мне эта история понравилась в первую очередь тем, что каким-то образом удалось при адаптации вывести ее в драматическую плоскость. То есть, я надеюсь, что у меня получится создать ощущение драмы, с философской подоплекой о том, что такое семья, что такое настоящая любовь, чем она отличается от первого счастливого семейного года, когда бабочки в животе.

Две половинки одного целого


— Наверное, сложно все время быть вместе, и на работе, и дома?


Наташа:
Мы два Овна, во многом очень похожи, а в последнее время зачастую понимаем друг друга без слов. Марюс может сказать: «Ты знаешь, мне кажется, вот туда надо это, можно вот это повесить…». Я говорю: «Ладно», не задавая лишних вопросов, потому что понимаю, о чем он говорит. То есть, мы в унисон мыслим, живем, работаем, любим. Для меня семья — приоритет, несмотря на то, что и работа кипит, и характер непростой, но Марюс с пониманием к этому относится. Я гиперактивная, и, к сожалению, не готовлю совсем, для меня кухня, это что-то очень чуждое… Год назад еще давала себе слово научиться, но все стало еще хуже — яичницу готовлю, она у меня подгорает. Уже окончательно разучилась, хотя, какие-то потуги я делаю, стараюсь. Марюс мне говорит: «Ну, вот овсянку насыпал, кипятком залил, вот тебе завтрак». Так я обожгусь обязательно, или залью холодной водой, потому что забыла на чайнике кнопочку нажать, чтобы он вскипел. То есть, ну совсем не мое. Я благодарна Марюсу, что он с пониманием к этому относится. В остальном я могу сделать все, что угодно: организовываю быт по полной программе, мусор выкидывается вовремя, уборка дома, все чисто, поглажено, постирано.



Наталья: я не готовлю совсем, для меня кухня — это что-то чуждое. Но Марюс с пониманием к этому относится. Фото: Андрей Салов


— То есть, вы идеальная хозяйка во всем, кроме готовки.


Марюс:
Она идеальный топ-менеджер хозяйства (смеется). Но для меня это не так важно. То есть, конечно, важно, но я понимаю, что идеальных людей не бывает.


— Может быть, Марюс замечательно готовит?


Наташа:
Он тоже не готовит, ну не наша это история. У нас никто не готовит, зато мы такие красивые и стройные, совершенно не заморачиваемся на тему еды.
Марюс: Я вообще считаю, надо делать то, что приносит удовольствие, по-настоящему вдохновляет. Человек, который любит готовить, он приходит в магазин и думает: «А вот это будет сочетаться с этим, а сейчас добавлю вот это». Приготовление еды — абсолютно творческий процесс. Наташа не может насильно реализовываться на кухне, она реализуется в другом. Для меня семья — совершенно не обязательно готовка. Если этот аспект не сложился у моей любимой женщины, для меня это вообще не трагедия. Есть другие вещи, в которых она прекрасна, как жена.


— Какие Наташины таланты вы отметите?


Марюс:
Во-первых, она совершенно гениальный инженер-ремонтник, у нее золотые руки. Например, Наташа может запросто собрать шкаф, спроектировать кухню, у нее аж руки трясутся, так ей это нравится. А я к этому даже близко не могу подойти, я не понимаю, куда и что закручивать. Не знает, где у нас дома лежат инструменты — шуруповерт, дрель. У Наташи же инженерное мышление, она могла бы быть очень крутым архитектором.


Наташа:
Только вчера три книжных шкафа собрала. Хотя и мастера есть, но я отбираю у них работу, говорю «Вы криво вкручиваете, медленно, лучше я сама».
Марюс: И потом, она человек преданный, которому я полностью доверяю, с которым у нас абсолютно одинаковое мировосприятие. И это для меня в разы важнее, чем готовка. Мы с ней по-настоящему, что называется, душа в душу живем, мы понимаем, что кому нравится, не внедряясь в пространство друг друга, когда это не нужно. Мы нашли определенную гармонию и симбиоз, и при этом живем реально счастливой, здоровой и дружной семьей. Такое первый раз в моей жизни.


— Интересно, каким было самое долгое ваше расставание?


Наташа:
Вот Марюс недавно на целых два дня уехал в Выборг на фестиваль, я так скучала.


Марюс:
Ну, надолго расставались, когда Наташа беременная была и жила в нашем доме Лос-Анджелесе, а я работал здесь, в России


— Некоторые пары говорят, расставаться надо обязательно, это очень полезно для отношений.


Наташа:
Раньше я тоже так считала, а теперь вот не могу понять, почему надо расставаться? Но все равно же мы расстаемся в течение дня — он на спорт, я на спорт, он куда-то и я по своим делам. Но у нас нет такого, чтобы мы уставали друг от друга, нам хорошо вместе. У нас такое ощущение, что мы, как пазлы, в каком-то смысле, дополняем друг друга, как две половинки.


Марюс:
У меня никогда еще не было, чтобы настолько с человеком было хорошо… От чего отдыхать, когда не устаешь? Причем, я знаю, что такое уставать от человека. Когда у него другая энергетика, немножко другое мировосприятие и так далее, то либо ей, либо тебе все время приходится подстраиваться, и такое бывает очень часто.


Наташа:
Мы не грузим друг друга, мы можем быть рядом и молчать, обниматься, но каждый при этом работает, занят чем-то своим, я читаю, он что-то делает. Я могу возиться на кухне, собирать очередной шкаф, например, Марюс монтирует свое кино, но, тем не менее, ощущение, что мы рядом, оно есть, и от этого хорошо и комфортно. Мы не долбим друг друга, что вот если мы встретились, мы обязательно должны решать какие-то проблемы. Потому что и у меня есть такая черта и у Марюса она есть, но у нас как-то не возникает проблем.



Марюс: у нас с Наташей одинаковое мировосприятие, и это для меня намного важнее, чем готовка. Фото: Андрей Салов


— Значит, в прошлых отношениях эти проблемы возникали?

— Возникали. То есть, встретились: «Так, надо вот это решать, с этим что-то делать». Постоянно такие разговоры у людей, и про ревность, и про быт и еще про что-то. У нас вообще этого нет и, слава Богу, потому что на это ни времени, ни желания нет. У всех сейчас такая сумасшедшая жизнь, найти бы время, просто пообниматься молча.

Жена режиссера

— Наташа, у вас, как у жены режиссера, есть право, как говорят, первой ночи — первой прочитать сценарий, выбрать себе роль?
Наташа: Нет, я не хочу выбирать себе роль, только потому что я жена. И я Марюсу тоже это говорю. Я читаю сценарий и иду на пробы, как все. Хотя мне все говорят «Да что в этом такого, все режиссеры снимают своих жен». Я не обижусь, если он отдаст роль другой актрисе, и даже больше того, я даже предлагаю ему актрис.


Марюс:
Да, она мне очень помогает с кастингом.


Наташа:
Помогаю с кастингом, знаю уже всех актеров, и многие знакомые у него снимаются в главных ролях. Потому что для меня важно, чтобы у Марюса был успешный проект. Есть роли, которые мне не подходят, или я не хочу, либо не могу их играть, либо даже боюсь. Разные могут быть ситуации. И потом, я бы не хотела, чтобы у него было какое-то ограничение — жена…


Марюс:
А я не очень могу себе представить, что буду ее снимать в откровенных сценах… У меня есть серьезные любовные линии, где мне надо, чтобы у двоих людей случился огонь, романтика. С Наташей мне будет некомфортно, я не смогу в это вложиться сам, не смогу это по-настоящему срежиссировать.
— Для вас все должно быть по-настоящему?


Марюс:
Да. А тут, во-первых, для актера — это моя жена, то есть, он уже совершенно по-другому играет. Получается, полный конфликт интересов внутри.


Наташа:
Конечно, и я тоже не хочу в этом участвовать. Чтобы это было в ущерб фильму или в ущерб отношениям. Кому нужны эти ненужные эмоции.


Марюс:
Но я понимаю, конечно, что она актриса, этого не избежать, но я лично сам принимать в этом участие не собираюсь. Наташа советуется со мной в любом случае, но никакого табу и запретов у нас нет.

Наташа: У нас как бы по умолчанию в семье вот такой договор: ты мудрый. Каждый отвечает сам за себя, но каждый в голове понимает, насколько он внутренне чистоплотен. В комедии это все легко, там в основном и нет таких страстей, все-таки жанр другой. Но я бы сейчас не хотела играть какие-то тяжелые отношения, любовь, страсть. Я не готова в этом сниматься, потому что не умею играть и не чувствовать, я в роль погружаюсь полностью. Но я не хочу этого всего испытывать, потому что это будет противоречить моим семейным ценностям. Достаточно много другой работы, другого жанра, где не надо себя в чем-то ломать и делать больно близкому человеку.

Добивался два года


— Читателям, конечно, хочется узнать историю вашего знакомства. Кто на кого глаз положил?


Марюс:
Глаз на Наташу я положил давно уже. Хотя, мы не были знакомы, я просто видел ее на фотографиях, может, по телевизору когда-то. Писал ей на Фейсбук какое-то время, пытался позвать на свидание, организовать встречу по работе, неважно как, просто хотел познакомиться. Придумывал разные поводы, но пару лет было полное молчание. Я думал — в отношениях, наверное, живет с кем-то, и я не хотел влезать. Но ненавязчиво раз в полгода что-то писал, мало ли, вдруг ситуация изменится… Потом мы наконец-то познакомились.


Наташа:
Лично встретились на какой-то вечеринке два года назад. Я помню, мы сидели с подружками, и кто-то Марюса притащил за наш женский стол. Он сидел, смотрел на меня внимательно и на прощание сказал «Я тебе еще раз напишу».


Марюс:
Да, она ведь мне так и не ответила.



Наталья: мы два Овна, во многом похожи, а в последнее время зачастую понимаем друг друга без слов. Фото: Андрей Салов


— Почему игнорировали?


Наташа:
Во-первых, у меня были отношения, во-вторых, я никогда в Интернете вообще не знакомилась. Меня перспективность никогда не прельщала, ни режиссерская, ни денежная, никакая, мне это неважно. У меня только так: увидела, зацепилась, все. Но все-таки, судьба нас свела.


— Марюс еще раз написал, и вы все-таки ответили?


Наташа:
Написал. Уже понял, что напрямую не получится, начал мне сценарии присылать, а я ему говорила: «Это маленькая роль, я не буду это играть». Но он так галантно себя вел, писал так по-доброму, и на день рождения звал, и везде уже звал. И главное, ненавязчиво, но регулярно. И я решила, что надо все же обратить на это внимание. Написала: «Ну, хорошо, можем попить чай, просто поговорим по работе». Мы встретились и просидели на первом свидании шесть часов, ресторан закрывали, нас оттуда выгоняли, а мы не могли наговориться. Все в кучу: и о работе, и о перспективах, и о надеждах, и о мечтах, и вообще обо всем. И таких свиданий было пять, по пять-шесть часов мы сидели, не могли рта закрыть ни на секунду, а потом уже больше не расставались.


Марюс:
Я в Киев уехал снимать кино, мы общались по телефону, я прилетал, как только мог, на один день. Такая была красивая история.


Наташа:
Он вообще утром прилетал, вечером улетал, день гулял со мной и уезжал. Был в Киеве, и постоянно цветы присылал с открытками. Регулярно мне звонил незнакомый номер, я брала трубку и слышала: «Алло, куда вам доставить цветы?». И все время были такие романтичные открытки, если я заболела или еще что-то. Все они у меня сохранились.


— Для вас самое ценное качество в Марюсе, его главная черта характера, которая вас покорила?


Наташа:
Он теплый, и он ответственный. Это то, что я очень редко в людях вижу. То есть, если Марюс сказал, он сделает. Помимо этого, он воспитанный, очень добрый, отзывчивый, он всегда пожалеет. Если какая-то проблема, он будет помогать. Если я заболею, он будет по всей Москве носиться, лекарства покупать. В общем, для меня он идеальный мужчина.


— На все эти качества повлияло то, что Марюс уже больше 20 лет живет в Америке?


Наташа:
Да, в этом есть заслуга. Потому что многие российские мужчины постоянно ищут, мне так кажется, какую-то подковырку: «А где же тут какашка?». У нас все так живут: «Сейчас что-то случится» А в Марюсе этого нет, он всегда всем верит, с открытыми глазами на мир смотрит. И у него нет фиги в кармане. Я тоже начала у него этому учиться, и мне уже страшно, потому что я тоже становлюсь такая же, доброта поглощает, и тебе уже все кажутся хорошими.



Наталья: Марюс увез меня на Гавайи и там сделал предложение. Это было так круто, просто волшебно! Фото: Андрей Салов


— Где вы больше времени проводите, где сейчас ваш дом?


Марюс:
Раньше долго жили в Лос-Анджелесе, а сейчас здесь много работы. Уже с полгода, как обосновались в Москве, обустраиваем квартиру, достраиваем дачу.

Свадьба не за горами


— Год назад была информация, что Марюс сделал предложение, и вы готовитесь к свадьбе. Но про саму свадьбу до сих пор ни слова. Вы все-таки поженились или нет?


Марюс:
Нет, не поженились, но обязательно поженимся. Очень сложным выдался этот год по работе, просто физически не успеваем.


Наташа:
Марюс увез меня на Гавайи и там очень красиво сделал предложение. Это было так круто, просто волшебно. Для меня это очень личный момент, я мало кому об этом рассказывала. Просто выложила в тот день фотографию в инстаграм с датой и написала: «Пусть это останется здесь». Мы уже и кольца купили, но пока времени нет совершенно.


Марюс:
Мы выбираем место в Москве, пристреливаемся. Надо ведь организовать все по-настоящему хорошо, собрать всех друзей. А сейчас у нас очень много всего: дачу за городом построили, ремонт в квартире, работа. Но у нас и нет такого, что надо срочно-срочно, нам некуда торопиться, потому что у нас и так все здорово. Наоборот, будет, чего ждать.


Наташа:
Мы никуда не спешим. Свадьба от нас не убежит, кольца лежат, осталось только друзей позвать. Я не тороплюсь, потому что я невеста. Каждый день я просыпаюсь невестой. Продлеваю себе удовольствие. И это так классно.

Хотели дочку, а родился офигенный сын


— А почему до сих пор никто не видел вашего сына — Вайсберга младшего, где вы его прячете уже второй год? Как его зовут?

Наташа: Назвали Эриком, в честь папы Марюса. А крестный у нас Паша Деревянко, наш большой друг. Мы сына специально не прячем, обязательно покажем, но ждем для этого какого-то особого повода и момента. У нас и так почти вся жизнь на публике, все всё видят, все всё знают. Как-то хочется, чтобы было что-то свое, чтобы не надо было ребенка терроризировать этими фотографиями. Потому что это его мир, к которому мы относимся тепло и трепетно.


— Расскажите про Эрика, какой он, на кого похож?

Наташа: Ой, он такой классный, просто ангелочек. Если честно, я даже знакомым иногда боюсь его показывать. Хоть я и не суеверная, но думаю, что люди все разные, и встречаются не очень добрые. Не хочется, чтобы в адрес малыша был какой-то негатив. Он у нас такой клевый! На Марюса похож, настоящий папин сын. Улыбчивый, смеется постоянно. Сейчас Марюс покажет вам.

Марюс листает в телефоне фотографии очаровательного белокурого карапуза, с длинными волнистыми волосами. Маленький Эрик очень похож на папу, но вот глаза — ярко голубые — у него точно мамины.



Марюс: когда я с Наташкой познакомился, то сразу понял, что это та женщина, с которой я хочу и ребенка, и все остальное. Фото: Андрей Салов


Марюс:
У нас прекрасный ребенок. Но пока еще такой маленький, такой беззащитный, что очень страшно разрушить ту идиллию, где ребенок находится в коконе счастья и любви… Он счастливый, улыбчивый, он, тьфу, тьфу, тьфу, здоровый. И вот зачем, для чего нам публиковать его фото? Я не думаю, что маленького ребенка надо возить куда-то, показывать, ведь для него это стресс… Пусть он созреет немножечко, сформируется. Когда мы приехали с ним из Америки, Эрик совсем крошкой был, а сейчас смотрю на него и вижу, что он уже покрепче стал, уже такой мужичок самостоятельный, ходит сам. Сейчас мне уже комфортно вместе с ним куда-то пойти, взять с собой, чтобы он мог с кем-то пообщаться. Нам очень помогает прекрасная бабушка, Наташина мама. Скоро и моя мама в помощь прилетит.


— Вы сразу хотели ребенка, или все-таки это известие стало приятным, но неожиданным?


Марюс:
Честно говоря, мы ничего не планировали, так получилось. Но мы настолько нежно и трогательно друг к другу относились, что не могли себе представить, что сейчас мы что-то будем делать, кроме как рожать. Вообще я с Наташкой когда познакомился, сразу понял, что это та женщина, с которой я хочу и ребенка, и все остальное. Может быть, опять же, потому что мы два Овна, у нас все достаточно органично. Мы ничего не планируем, ничего не форсируем. Но какие-то главные вещи мы ценим, бережно к ним относимся, к тому, чтобы друг друга не обидеть, ни в коем случае не задеть, друг друга охраняем эмоционально. Сын для нас сейчас самое важное, что называется, наш главный общий проект. В Испании мы его зачали. И через какое-то время Наташа мне говорит: «Представляешь…». Я воскликнул: «Какой кайф!». И все. Это по большому счету настолько естественно все получилось, что у нас не было каких-то дилемм, сделали, родили, растим теперь.


— Вам важно было, кто родится, мальчик, девочки, или все равно?


Марюс:
Хотели девочку оба, а родился офигенный мальчик, и теперь я даже представить себе не могу, что мог быть не он…


— Ну, наверное, на одном ребенке не остановитесь?


Марюс:
Посмотрим, как дальше будет, как бог даст.


Наташа:
Я только хочу, чтобы в следующий раз Марюс сам толстел, рожал, потом худел (смеется).


«Бабушка легкого поведения» уже в кино

www.tele.ru

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *